Как одной-двумя фразами рассказать об учебной экскурсии в Иркутский областной краеведческий музей им. Н.Н. Муравьева-Амурского ?
Что мне дало посещение Краеведческого музея? – на этот вопрос ответили студенты 2 курса направления «Туризм» ФБКИ ИГУ, которые вместе со своим преподавателем – доцентом кафедры туризма и сервиса Любовью Фёдоровной Матвеевой посетили самый известный городской музей.
Глеб Хагдаев: «…. Я знал, что у бурят существует традиция знать свою родословную до седьмого-девятого колена. Строгий запрет на браки внутри одного рода и знание кровных родственников позволяли избежать ослабления потомства и вырождение рода. Мне показалось, что из коренных народов Прибайкалья буряты были самым развитым народом, они занимались даже кузнечным делом и многими ремеслами, в т.ч. ювелирным делом…»
Сергей Дмитриев: «Меня удивил такой факт, что у тофаларов богатый набор гласных звуков – около 30».
Максим Соколов: «…Кяхта – главный центр русско-китайской истории торговли, причем деньги и кредит почти не использовались, на обмен из России в Китай вывозили сукно, мануфактуру, пушнину, а главным обратным товаром, который везли караваны, был чай. Кяхта снабжала им не только всю Россию, но и почти всю Западную Европу».
Екатерина Малых: «Меня впечатлила история и особенности распространения буддизма на нашей территории, почему буддизм быстрее прижился в Забайкалье, а не в Прибайкалье…».
Татьяна Олейникова: «Меня «зацепили сразу несколько тем – основание Иркутского острога, христианизация коренных народов, формирование купечества и его деятельность, торговля с Китаем и история женского образования. Поразила насыщенность событий в истории Иркутска…».
Дарья Рютина: «Большое впечатление на меня произвела история про иркутского ученого-антрополога Михаила Михайловича Герасимова - его открытия стоянок древних людей в Мальте, его труды по воссозданию человеческого лица, благодаря чему появились две сотни реконструкций древних людей и более 20 портретов исторических персонажей…».
Но об Иркутске, который мы не знали, нельзя рассказать двумя фразами.
Лиза Бачинина: «Знаете, что меня зацепило? Не сами экспонаты музея — а то, как экскурсовод разговаривал с нами. Он не зачитывал таблички и не сыпал датами. Он рассказывал так, будто каждая эпоха была ему знакома лично, будто он сам успел побывать и в палеолите, и в XVII веке. История у него становилась живой и тёплой. И я поняла: вот как надо рассказывать о городе — не как в учебнике, а как человек, которому действительно не всё равно. А ещё я поняла главное: Иркутск — это не просто город, основанный в XVII веке. Это место, где люди живут уже десятки тысяч лет. И музей умеет показать эту непрерывность так, что ты физически чувствуешь — стоишь на земле, по которой шли люди с каменными орудиями, с копьями из бивней мамонта, а потом с казачьими пищалями и топорами».
Анна Лоншакова: «…Сейчас мы можем рассказать туристам не только о дате основания Иркутского острога, но и о том, что за тысячи лет до этого на берегах Ангары уже жили люди. Что Сибирь — это не «пустая земля», которую «освоили» казаки, а древнейший регион, где человеческая история насчитывает сотни тысяч лет. Мы можем включить в экскурсию рассказ о Михаиле Герасимове — нашем земляке, который вернул лица Тамерлану и Ивану Грозному. Мы можем показать, что Иркутск — это не только купеческий город XIX века, но и центр мировой археологии и антропологии. Итак, что же мне дало посещение Краеведческого музея? Оно дало мне понимание, что история — это не только даты и имена. Это живая связь времён. От каменных орудий возрастом в миллион лет — до генетических открытий XXI века. От Сунгиря — до Иркутска. От древних людей — до нас с вами. И когда мы ведём экскурсию по нашему городу, мы ведём её по земле, которая помнит всё. Наша задача — рассказать эту историю так, чтобы её услышали…».
Виктория Мартыненко: «Посещение краеведческого музея помогает понять, что Иркутск — это не только современный город. За его улицами и зданиями скрывается огромная история. Поэтому память о прошлом особенно важна для иркутян и экскурсоводов. Рассказывая о предках и первых жителях города, они сохраняют связь поколений. А музей помогает эту связь почувствовать. Мне кажется, настоящий экскурсовод должен не просто сообщать факты, а уметь оживлять историю в воображении слушателей. Тогда Иркутск исторический перестаёт быть далёким прошлым…».
Мария Бачинина: «Честно говоря, я шла в музей с одним вопросом: что интересного можно рассказать про Иркутск, если он основан всего-то в XVII веке? Казалось бы, обычный сибирский острог, казаки, пушнина — всё это мы проходили в школе. Но экскурсовод работал иначе. Он не стал перечислять даты — он начал с вопроса: «А вы знаете, что на территории Иркутска люди жили ещё в каменном веке?» И с этой фразы всё поменялось. Музей оказался не хранилищем старых вещей, а машиной времени. Залы вели не от века к веку, а от одной человеческой истории к другой, и каждая из них была связана с этим местом — с берегом Ангары, с Прибайкальем, с землёй, на которой стоит наш город. И конечно, понимание того, как всё начиналось? Список сибирских острогов, построенных за двести лет, — это не просто перечень дат и имён. Это карта грандиозного движения, когда русские землепроходцы прошли от Урала до Тихого океана, ставя острог за острогом. Среди этого списка есть и наш город.
Как всё это использовать в экскурсионном рассказе?
Иркутские гиды умеют превращать историю в живой разговор, и в этом — ключ к тому, как рассказывать о нашем городе. Экскурсия о городе обычно начинается там, где стоял Иркутский острог — на Нижней набережной Ангары. Когда стоишь именно здесь, слова из донесения Похабова о «самом лучшем, угожем месте» обретают смысл: видно и реку, и защищённость позиции, и то, почему люди выбрали именно эту точку. Когда экскурсовод говорит о предках, о корнях, о непрерывной нити от XVII века до сегодняшнего дня, история перестаёт быть абстрактной.
И в заключение…
Иркутск не начался в 1661 году. Он начался десятки тысяч лет назад, когда первые люди остановились на берегу Ангары. Он продолжался в эпоху Мальты — 24 тысячи лет назад, когда здесь вырезали статуэтки из бивня мамонта и вели счёт лунным фазам по костяным календарям. Он прошёл через острог Похабова, через Спасскую церковь, через Михаила Герасимова, который в мастерской на улице Боткина научился возвращать людям их лица. История — это не даты. Это люди, которые жили на этой земле, оставляли после себя вещи и исчезали, а мы спустя тысячи лет находим эти вещи и пытаемся понять: кто они были, как жили, что чувствовали. И в этом суть экскурсии — не пересказать факты, а помочь человеку рядом почувствовать связь с теми, кто был здесь до нас».
Мы, студенты группы 14271, благодарим сотрудников Иркутского областного краеведческого музея им. Н.Н. Муравьева-Амурского и преподавателей ФБКИ ИГУ за возможность узнать об Иркутске, во многом неизвестном для нас!
